МОЛОДЫЕ ЭРОТИЧЕСКИЕ ПИСАТЕЛИ !
В этом разделе будут постоянно выкладыватся произведения молодых и неизвестных эротических писателей. Присылайте нам свои произведения и возможно вас заметят в мире большой литературы!
КАК Я СТАЛА ПОРНО ЗВЕЗДОЙ.
Открою ли я вам глаза на правду, если скажу что: каждая приличная женщина мечтает, хотя бы раз сняться в порно; переспать с другой женщиной; принять участие в групповом сексе? Но воплотив хотя бы одну из этих фантазий в жизнь, сможет ли она сохранить статус «приличной», — большой вопрос...
У меня все это было, а значит, о том, насколько я придерживаюсь правил морали, вы уже догадались. Хотите знать, как я дошла до жизни такой?
Очень просто. Стоило мне развестись с мужем, как за бутылочкой коньячку, во время кухонных посиделок, выяснилось, что один из моих старых знакомых на самом деле не продавец бытовой техники, а порнопродюсер. Да-да. Самый настоящий, и даже с пышными усами.
— И что, все они прямо-таки у тебя на глазах совокупляются?! ...И ты им говоришь, что, куда и как? — не унималась я.
— Да, — спокойно отвечал он. — Не веришь? Приходи, посмотришь.
Вечер закончился. Подвыпивший продюсер Стас ушел к жене и детям (два мальчика и девочка пяти месяцев отроду!). А я не могла уснуть. Всю ночь мне виделись картины безудержного разврата, в котором я играла главную роль. «А что, если...»«А почему бы и нет?». И главное: что, вернее кто, мне мешает? Вопросы прыгали из черной шкатулки с надписью «честь и совесть» один за другим.
Естественно, я так и не решилась бы на столь рискованное мероприятие, как съемка в порнофильме, если бы не звонок от бывшего продавца бытовой техники.
— Ну как, ты согласна? А то у меня модель заболела, ей аппендицит оперировали, а у меня съемки завтра... Выручай!
— Как, уже завтра? И что, вот так взять и приходить? ...А репетировать будем или сразу?.. — как всегда с перепугу, я задаю дурацкие вопросы.
Дверь мне открыл сам порнопродюсер.
— А квартирка — твоя? — с наигранным задором поинтересовалась я, ведь в душе все сжималось от страха.
— Снимаю, — пояснил он. — Не дома же эту ерунду разводить!
— Ага, там все-таки дети... Кстати, а жена-то в курсе?
— А ты думаешь, ей я тоже вру про бытовую технику? ...Тапки надевай и проходи на кухню,там наливай себе чай-кофе, а я пока пойду поработаю... Там еще с геями один сет остался, — он зарыл свежий окурок в массе других помятых бежевых червяков, живших в банке на столике в прихожей, и удалился в темноту коридора.
Тапочки. Бывшая коммуналка со змеей-коридором. Кухня и чай. Все это в моем представлении не очень вязалось с загорелым мулатом, на чьем животе я приготовилась резво помахивать плеткой. Обстановка совкового квартирника навевала мысли о подпольном притоне, полном извращенцев, маньяков и прочих любителей секса «на халяву», которые, облизываясь, ждали моего появления, прячась за дверями темных зашторенных комнат.
Я прошла на кухню, где мыла посуду полноватая мадам с пышным одуванчиком волос на голове. «Хозяйка?» — очередная глупость ойкнула в моей голове.
— Привет, я Лена, твой гример. Тебе чай или кофе?
Наличие собственного гримера несколько подбодрило меня. После короткого знакомства за чашечкой кофе Лена рассеяла мои страхи о том, что сниматься вместе со мной будут одни маньяки и извращенцы.
— Что ты! — усмехнулась она. — У Аньки — двое детей, муж, который, кстати, в курсе... У Лешки с Вадиком — тоже жены. У Вадика, правда, болеет, все чаще по больницам... Олеська одна ребенка воспитывает. Да и вообще, это миф такой дурацкий, что к нам приходят ради секса! Никакого секса тут нет, поверь мне. Есть страх. Все нервничают, дрожат и трусят. Приходят сначала посмотреть, и раз на двадцатый соглашаются. Вот ты молодец, не струсила! Пришла с первого раза. Стаська поэтому всем эту байку и плетет, про заболевшую звезду с аппендицитом. А то знаешь, сколько съемок слетает... девяносто процентов! А мне платить надо? Оператору — надо? Плюс ему самому семью кормить, ну, да ты в курсе...
После небольшой лекции «о суровой порноправде» мы с Леной удалились в ванную, где пристальному вниманию подвергли не мое лицо, а причинное место.
— Эпиляция? — профессионально оценила мои старания мадам гример. Вообще-то желательно, чтобы часть волос присутствовала вот здесь, она ткнула мне в лобок, и дальше пошла тоненькая полосочка. А у тебя — как моя коленка — все лысое!
— Не подойдет? — уже было обрадовалась я.
— Почему же. Уродства нет. Половые губы у тебя красивые, ничего не болтается, будем снимать. Только вот
в дальнейшем лучше все-таки брить. Посмотришь у Олеськи, потом сама сделаешь так же.
— Угу, — прохрипела я пересохшим горлом.
Первое, что меня поразило, — свет. Бьющий в глаза, неприятный, холодный, наглый, заранее обнажающий все мои целлюлитные «прелести».
— Первый раз все пугаются света, — объяснил мне Антон, молодой парнишка-оператор. Потом привыкнешь.
«Боже, сколько же ему лет? — подумала я. — Четырнадцать? Шестнадцать?». Диванчик, на который мне предложил присесть парнишка с камерой, выглядел его ровесником или чуть постарше. И своими размерами никак не напоминал сексодром, который, по моим представлениям, должен был принять мое тело, а также тело молодого мулата... Ну, или тела других пятнадцати бородатых гусар-извращенцев.
— Возьми вон там, в шкафу, чистую простыночку и постели себе, — нежно, тоном участкового гинеколога, командовал Антон.
— А что мы будем делать? — осмелилась я задать свой первый вопрос
из сотни других, что терзали меня с того момента, как я переступила порог этой «нехорошей квартиры».
— Не «мы», а «я буду делать»! — нахально поправил меня оператор-малолетка. — Сначала надо подвигаться, посидеть, полежать. Можешь танцевать, слегка поиграть грудью...
— А потом?
— Потом ты пойдешь домой, баиньки, а я буду работать с другими мальчиками и... опять мальчиками. Если они придут, конечно. Ха-ха-ха!
— А где Стас? — с видом оскорбленной невинности я потребовала позвать продюсера.
— Он занят. С тобой работаю я. Раздевайся.
В тот вечер я так и не добилась справедливости, то есть присутствия моего приятеля порнопродюсера, загорелого мулата, и куда уж там! — пятнадцати бородатых гусар. Зато долго не могла сказать оператору «я готова», а раздевшись, лежала на «белой простыночке» в разных позах, пыталась унять дрожь в чреслах и хоть как-то изобразить уверенную в себе сексуальную кошечку, окаменелой рукой помяла себе грудь, пробовала танцевать без музыки, сидела и загадочно улыбалась в камеру. И все!.. Ах да, еще часто бегала в туалет — от волнения у меня иногда бывает расстройство желудка.
Наш следующий порносеанс, или как они его называют — «сет», начался с объяснений. Встретивший меня «бывший продавец бытовой техники» Стас наконец-то дал мне некоторые комментарии. За которыми я, отчасти, и пришла.
— Твой первый сет назывался «пробы» и был нужен для того, чтобы отправить его заказчику. Он смотрит видео и говорит, подходишь ты или нет. Если подходишь, мы работаем дальше. Делаем «софт», то есть легкое порно. Потом переходим на «хард». Надо объяснять, что это значит?
— И что я сегодня буду делать? — как и всегда с перепугу, я задала глупый вопрос.
«Софт» или, дословно, «мягкое порно» на языке профессионалов означает все то, где нет непосредственно секса крупным планом. Обнимашечки-целовашечки, мужская и женская «обнаженка», все это еще и не порно даже. Все это так, детские шалости, эротика. То есть «софт». Тот факт, что я снимаюсь в «софте», означал, что я прошла отбор у таинственных «заказчиков», мою кандидатуру «рассмотрели» и «утвердили» на роль будущей порнозвезды. Мой второй «сет» по-прежнему курировал оператор (он же режиссер). Молодой паренек заботливо поправлял мои растрепавшиеся волосики, разглаживал складочки на простынке, говорил, в каком направлении мне водить вокруг соска пальчиками, как широко открывать рот, когда я облизывала палец, и какой палец облизывать, тоже сказал мне он, и... ну дальше вы поняли. На деле выглядело это примерно так.
— Стоп, почему ногой прикрылась? Не сдвигать ноги! Так, правую чуточку левее, левую правее... Еще правее. Назад. Так, замри. Теперь облизывай палец. Не этот. Медленнее. Стоп. Еще раз палец. Есть. Теперь веди руку к ногам. Медленнее, я не успеваю. Ноги шире. Начинай массировать. Еще шире ноги. Есть. Смотреть в камеру. Не откидываться. Про руку не забывай. Еще... Есть. Меняем план!
— А можно мне водички?
— Пить хочешь?
— Нет, у меня слюна кончилась.
Когда наконец-то я снялась для серии таких вот «софтов», мой продюсер, он же бывший продавец бытовой техники, сообщил мне, что «завтра будем делать порно».
Обрадовалась ли я? Вряд ли, ведь к тому времени я уже успела понять, что порнобизнес — занятие не столько приятное, сколько муторное, и... Все же огонек надежды на встречу с поджарым мулатом усталой искоркой вспыхнул в моей душе.
— Мне расценивать это как карьерный рост? — от радости я тоже иногда задаю глупые вопросы.
К звездному часу моей карьеры я была готова «на все сто»: интимная прическа с тоненькой полосочкой волос, ангельское терпение и готовность выполнять все просьбы из серии «еще раз, медленнее».
Нас познакомили, вернее, представили друг другу очень просто:
— Лиза, это Женя и Вова, твои партнеры. У них сегодня тоже в первый раз, так что вы уж помогайте друг другу, идет?
Для группового секса нам предоставили отдельную «вип-комнату» с пребольшущей кроватью. Обрадовавшись «повышению», я даже пошутила, что неплохо бы приготовить и именной стульчик, как в Голливуде, в крайнем случае персональную простыночку, с вышитыми инициалами.
Вова и Женя по-детски захихикали. Забыла сказать, они были студентами-одногруппниками. И копили деньги на компьютер.
Сегодня балом правил Сам Бывший Продавец Бытовой Техники.
— Начинаем с поглаживаний. Лиза и Вова встают вот сюда. Начинают обниматься и ласкать друг друга. По моей команде с этой стороны в кадр входит Женя. Что делать потом, я расскажу, когда снимем этот эпизод. Есть вопросы?
— А обогреватель можно включить?
После того, как мы, выпив по нескольку раз «для храбрости» коньячку, и каждый сбегав в туалет с нервным расстройством желудка, сняли все приличные эпизоды «о нашем знакомстве», собственно начался секс. У нас с Женей. А у Вовы он не начался — от страха у него пропала эрекция. Наш половой акт остановили. И тогда у Жени тоже пропала эрекция. Час все отдыхали. Поев пельменей и обсудив, кто за кого голосовал на прошедших выборах, мы с одногруппниками вновь предались групповой любви. Оказалось, что Вова, который принципиально не ходит на выборы, так как не верит в справедливость, быстро возбуждался и так же быстро остывал. А Женя, который верит в партию Явлинского, наоборот, долго не мог достичь эрекции, а, придя в состояние готовности, одиноко «держал флаг», пока Женя убегал в другую комнату, где самостоятельно пытался возбудить свой поникший орган.
— Так. Меняемся ролями, — быстро сообразил порнопродюсер. Лиза с
Женей начинают, а Вова, когда будет готов, делает мне знак, и мы вводим его в кадр. В кадре должны быть все трое. Есть вопросы? Вова:
— А если у меня не получится, то... что будем делать?
Порнопродюсер:
— Кушать таблеточки.
Через четыре часа половые органы у моих мальчиков стояли одинаково хорошо. Нас даже перестало трясти от страха и мы как-то «пообвыклись». Притерлись друг к другу.
Однако теперь оператору мешал пот, который липким предателем выступал на наших телах каждый раз после слова «Поехали!». Мне тоже было неприятно ощущать, как холодные и мокрые руки Вовы скользят по моей такой же мокрой и холодной спине. У Жени от нервного напряжения тряслись ноги, и мы спрятали их под простыночку. По сюжету я должна была лежать между Вовой и Женей и, по очереди поворачиваясь от одного к другому, отдаваться бурной страсти. Как я отдаюсь страсти, можно было снимать крупно, и для этого участие второго мужчины не требовалось. Самым сложным был общий план, где я отрываюсь от Вовы и перекатываюсь к Жене, так как эрегированными должны быть оба... Еще более сложным оказался процесс проникновения, который надо было снимать крупным планом. Совершенно немыслимые и совершенно неудобные позы, которые принимали мы с Женей и мы с Вовой, не описывает ни одна камасутра.
Может быть, они есть в книжке по операторскому искусству, ведь
молодой, но бывалый camera-man Антон, ни разу не пикнув, то подползал к нам снизу, то нависал сверху.
Когда «сет» был закончен, и выпотрошенные и измотанные мы с Вовой и Женей, ставшие за эти 10 часов друг другу братьями и сестрой, вместо слов одобрения услышали то, что серия на самом деле не снята, так как нет начала и нет конца. Усатый порнопродюсер, в который раз наливая нам коньячку, бодро сообщил:
— В следующий раз готовьтесь знакомиться перед камерой, это мы будем снимать на улице. И кончать. Мальчики, не волнуйтесь, это мы обычно снимаем за пару-тройку дублей! Кстати, Лиза, у тебя есть водостойкая тушь?
— Это еще зачем? — от усталости я перестаю соображать и начинаю задавать дурацкие вопросы.
Ах, да, забыла сообщить вам самое главное: кроме всего прочего я узнала, что видео, в котором я медленно водила рукой вокруг соска и отдавалась коллективной страсти, я... никогда не увижу! Вся продукция идет по закрытым каналам за рубеж, где размещается в основном на сайтах «для взрослых», заблокированных для стран нашего континента. P.S. Тушь нужна водостойкая, так как у нас, в порнобизнесе, принято эякулировать в лицо партнерше. Или там кому попало. Может и в глаз прилететь.
P.P.S. А Женя мне понравился больше, чем Вова. Ведь мы поддерживали на выборах одну и ту же партию.... |
|
